Двери скрипнули и в камеру вошёл охранник. Он был высоким и худым человеком, кожа его была землистого цвета, тёмные круги под глазами свидетельствовали о застаревшей болезни печени. Об этой хвори знали все заключённые, сидевшие здесь достаточно долго, так как он часто жаловался вслух. Охранник громко откашлялся.
Заключённый, сидевший на нарах, с ожиданием посмотрел на него.
- Родичи приехали, - прогнусавил охранник. - Нужно повидаться.
Сидевший промолчал. Он осмотрел свои вещи. Ладони его были большими, грубыми, с потрескавшимися пальцами. С первого взгляда казалось, что такими руками ничего путного сделать было нельзя. Убедиться в обратном можно было лишь увидев их в работе собственными глазами.
- Слышишь, твои родичи приехали. Нужно повидаться, - повторил охранник. - Они ожидают с утра, приехали с первым поездом.
Заключённый, сидевший на нарах, с ожиданием посмотрел на него.
- Родичи приехали, - прогнусавил охранник. - Нужно повидаться.
Сидевший промолчал. Он осмотрел свои вещи. Ладони его были большими, грубыми, с потрескавшимися пальцами. С первого взгляда казалось, что такими руками ничего путного сделать было нельзя. Убедиться в обратном можно было лишь увидев их в работе собственными глазами.
- Слышишь, твои родичи приехали. Нужно повидаться, - повторил охранник. - Они ожидают с утра, приехали с первым поездом.

